Русский Лад - Всероссийское Созидательное Движение
Лукашенко эффектно напомнил Обаме о его «исключительности» Печать
07.10.2013 г.
С лица нашей планеты в последнее время практически совсем исчезли политические деятели отличающиеся непосредственностью и прямотой. Подавляющее большинство мировых лидеров играют в псевдодипломатию, норовят продемонстрировать то, что стало обзываться словом толерантность, жеманничают, подбирают слова. Всё – для того чтобы всеми силами удерживать (и искусственно тоже) электорат, чтобы люди голосовали «правильно», чтобы рейтинги были повыше, чтобы СМИ изобиловали позитивными статьями и оценками. Однако зачастую это приводит к обратной реакции.

Педерастов, видите ли, нельзя называть педерастами, а то они, не дай Бог, обидятся, и отдадут свои голоса другим кандидатам. За него (гипотетического современного лидера среднестатистического государства) одни педерасты, может быть, и голосуют, а он всё равно рад — как говорится, голоса не пахнут…

Фашистов и нацистов нельзя называть фашистами и нацистами. Это, понимаешь, национал-патриоты. И, понимаешь, ничего страшного, что для отправления своего всепоглощающего патриотизма они готовы шагать по трупам других людей…

Рождественскую ёлку в центре города ставить не рекомендуется, вдруг местная мусульманская община оскорбится и опять-таки проголосует не за тебя, а за кого-то другого…

Отца нельзя называть отцом, а мать матерью, а то ведь сексуальное меньшинство, которое в ряде стран, видимо, хочет стать большинством, подумает, что это давление на его права…
Белое нельзя называть белым, чёрное нельзя называть чёрным. Вдруг кто-то в этом увидеть некий намёк, двусмысленность, чуть ли не Эзопов язык…
В общем, на почве этой псевдотолерантности и псевдодипломатичности у многих политических лидеров, простите, крыши начинают ехать. И когда на их фоне вдруг проявляет себя политик, который без лишнего гнилого пафоса называет вещи своими именами, то на такого политика обязательно обратишь своё внимание. «Мужик!» — это как один из вариантов реакции на политическую прямоту.
Так вот гипотетический приз «Политик-Мужик» на неделе было бы справедливо вручить белорусскому лидеру Александру Лукашенко. К личности самого Лукашенко, безусловно, можно относиться по-разному, и это личное дело каждого человека (и белоруса и не белоруса). Суть не в этом. Суть в тех словах, которые на днях президент Белоруссии сказал в интервью казахстанскому телеканалу 24KZ. Рассуждал Александр Лукашенко на разные темы, среди которых была тема Сирии и желание определённых стран решить сирийский конфликт внешним военным вмешательством. В этом контексте всплыла и тема «исключительности американской нации». И здесь Александр Григорьевич сделал ряд замечаний, мимо которых просто невозможно пройти равнодушно.

Рассуждая о словах Обамы по поводу того, что американцы есть исключительная нация, Лукашенко заметил:
«Я как историк не могу осмыслить, что это за нация такая — американская, которая себе присвоила право некой исключительности. Мы эту исключительность в середине прошлого века пережили…».

И если эти слова можно назвать некой близкой трансформацией слов Путина в его статье, опубликованной не так давно в The New York Times, то вот рассуждения Лукашенко по поводу личности Обамы — политическая непосредственность, которую сегодня себе, мягко говоря, не все политики могут себе позволить. Лукашенко — может. Прямо и спокойно. Без лишней витиеватости и прочего словесного «мармелада»:
«И вообще Обама меня поражает! Ещё совсем недавно чернокожие люди в Америке рабами были… Сегодня уже об исключительности какой-то заявляют… Я никогда не думал, что человек, вышедший из этих бедных слоёв, сможет вообще риторику в мире такую проводить… Это недопустимо. Это крайне опасно».

Ну что, господин американский президент Барак Обама, скушали, как говорится. «Бацька» нанёс вам поучительный укол, называя вещи своими именами. Что теперь делать станете? По законам жанра — новая порция антибелоруских санкций и пискливые возгласы американских сателлитов о том, что Лукашенко — главный европейский диктатор. Но это же уже старо как мир, и, как вы сами прекрасно понимаете, на белорусского лидера точно не повлияет.
А ведь слова белорусского президента — это как кульминация известной сказки про новое платье короля: «А король-то голый!» — выкрикивает мальчик, когда самовлюблённый голый монарх идёт со свитой по улице, думая, что на нём шикарный костюм. Лукашенко в политике не мальчик, но его слова близки той крылатой фразе — теперь уже фразе в адрес американского президента, потерявшим «платье» своего достоинства, но считающего что его вид, помыслы и поступки — образец непогрешимости и объект для массового поклонения.
«Добром это не закончится. Не дай Бог, американцы влезут туда, как они влезли в Ливию (и в целом блок НАТО) и начнут бомбить. Это катастрофа. Тогда вспыхнет вся „Арабская дуга“. Тогда мало не покажется всем.
Одного повесили, другого на кол посадили, в Египте вон лежит как кочерыжка, мучается в больнице человек. Ладно — это президенты. А сколько тысяч человек угробили! Это какая демократия?».

Казахстанский телеканал 24KZ — это, конечно, не The New York Times, но можно быть уверенными — до США слова белорусского лидера дойдут. Конечно, Обаме после этого может захотеться и в Белоруссии химическое оружие поискать, но с этим у него явно возникнут проблемы… В общем, Лукашенко — Обама, 1:0. Гол забит эффектно. Матч окончен. Будет ли ответный? — подождём…
Володин Алексей.
«Военное обозрение».

 
« Пред.   След. »