Русский Лад - Всероссийское Созидательное Движение
ВТО - петля на шее России! Печать
23.02.2012 г.

Зам. председателя ЦК КПРФ, академик В. И. Кашин

2012-02-23 11:05
В. И. Кашин

     Выступление заместителя Председателя ЦК КПРФ, председателя Комитета Государственной Думы по при­родным ресурсам, природопользованию и эколо­гии, академика РАСХН В. И. Кашин 22 февраля 2012 года на круг­лом столе по теме «Совершенствование законодательства Российской Федерации в связи с изменением условий развития экономики России в рамках, предусмотрен­ных договором с ВТО»

     Актуальность темы, вынесенной сегодня на обсуждение, ни у кого не вы­зывает сомнения. Прежде всего потому, что она может определить дальнейшую судьбу нашей страны не только на ближайшую перспективу, но и на ее будущее.

     Сговор за спиной народа

     Вопрос о вступлении России во Всемирную торговую организацию (ВТО) решался в течение более 17 лет. По мнению некоторых экспертов, одна из причин столь продол­жительного раунда пере­говоров заключается в том, что будущие парт­неры по ВТО, прежде всего США и другие ведущие страны Запада, выжидали того мо­мента, когда экономика России и, прежде всего ее промышленный и аграрный потенциал, окончательно деград­ируют. Сегодня это как раз и произо­шло. Нынешнее состояние основных отраслей экономики России не позво­ляет им конкури­ровать с западными корпорациями, остатки промышленности факти­чески не выпускают това­ров, которые востребованы на мировом рынке, а ее основные фонды изношены на 70–80%. Внутренний ры­нок также оголен — большинство промышленных товаров и продуктов питания завозится из-за ру­бежа, и его оконча­тельный захват — главная цель западных партнеров — стала вполне реальной и легко достижимой. Спустя 17 лет непрекращающихся разго­воров о «скором вступления"России в ВТО, не подкреплённых абсолютно ни­какими научно обоснованными расчётами относительно целесообразности дан­ного шага, этот шаг осуще­ствляется в са­мый не­подходящий момент, что напо­минает приобретение билета на некий экономический «Тита­ник».

     Правительственные лоббисты вступления России в ВТО, несмотря на всю очевидность развала россий­ской экономики, продолжают обосновывать необхо­димость присоединения к ВТО появляющейся, по их мне­нию, возможностью «доступа на мировые рынки российских товаров и услуг». Однако, при этом не называют, какие именно российские товары востребованы мировым рын­ком.

     Приводится ими и много других аргументов в пользу членства в ВТО, как правило, весьма спорных. Например, что членство обеспечит возможность ис­пользования механизма разрешения споров по защите нацио­нальных интере­сов и устранения дискриминации, позволит реализовать текущие и стратеги­че­ские торгово-эко­номические интересы, гарантирует рост иностранных инвести­ций и облегчит технологическую модернизац­ию экономики, позволит предпри­ятиям России вписаться в мировые технологические цепочки. По­вышение конкур­енции на внутреннем рынке заставит бизнес больше вкладывать в развитие и переоборудов­ание произ­водства для повышения конкурентоспособ­ности своей продукции. Увеличение объема импорта новой тех­ники и техно­логий обеспечит приток этих технологий в российскую экономику. В силу появ­ле­ния прозрачных и понят­ных правил игры снизиться коррупция.

     Правительство рассчитывает на рост доходов государства за счет увеличе­ния торгового оборота, на сни­жение безработицы за счет роста экспорта и по­вышение эффективности внешнеэкономической деятель­ности.

     Чиновники обещают, что и население страны в целом выиграет от членства в ВТО. Дескать, повы­сится качество жизни граждан и понизится ее стоимость за счет выхода на рынок большого ассортимента более кон­курентоспособных товаров и услуг с более низкими ценами и с более высоким качеством и т. д.

     Содержание требований к РФ сделали переговоры по присоединению стра­ны к ВТО тайными. Ни населе­ние, ни руководители большинства предприятий, ни даже депутаты парламента досконально не знают, на что дало согласие пра­вительство. Тайная дипломатия не была бы необходима при очевидности вы­игрышей для эко­номического развития страны. Дело здесь в том, что, как следу­ет из заключений большинства экспертов, вступ­ление России в ВТО не только закрепит периферийный — сырьевой характер российской экономики, но также нанесет окончательный тяжелейший удар по всему национальному произ­вод­ству.

     Двери нараспашку

     Унифицированных правил приема в ВТО нет. Каждая страна выговаривала для себя условия и преферен­ции. Какие же условия «выторговали» для России ее переговорщики?

     Россия в рамках присоединения к ВТО взяла на себя обязательство по ито­гам переходного периода сни­зить средневзвешенную ставку импортного тарифа на товары до 7,8% с 10% в 2011 году.

     Предусматривается полностью ликвидировать таможенные сборы за ввоз компьютеров и элементной базы, а также различное технологическое и научное оборудование. Пошлины сократятся и для лекарств. Вну­тренние цены на энер­гоносители будут приведены к уровню мировых цен.

     Доля иностранного капитала в совокупном капитале страховых компаний может составить более 45%. Доля иностранного участия в уставном капитале российских банков может достигнуть 50%, а в устав­ном капи­тале операторов рынка ценных бумаг — до 75%.

     Средний сельскохозяйственный тариф будет снижен до 10,8% с нынешних 13,2%, средневзвешен­ная им­портная пошлина на промышленные товары — с 9,5% до 7,3%.

     Часть импортных тарифов — более трети — будет снижена с момента присо­единения, еще четверть — спустя три года после него. Самый длительный пере­ходный период — от 4 до 8 лет — установлен для мяса до­машней птицы, автомо­билей, вертолетов и самолетов.

     Для говядины импортная пошлина внутри квоты составит 15%, вне квоты — 55%, для свинины — 0% и 65%, для мяса птицы — 25% и 80%.

     Что касается отечественного сельского хозяйства, то Россия в рамках присоединения к ВТО взяла на себя обязательство за несколько лет вдвое сни­зить общий размер субсидий сельскохозяйственным пред­приятиям. Объем под­держки АПК в 2012 г. будет в пределах 9 млрд. долларов, к 2018 году этот пока­затель сократится до 4,4 млрд.

     Кроме того, во избежание излишней концентрации господдержки на опре­деленных видах сельхозпродук­ции, Россия обязуется до 2018 года направлять на эти цели не более 30% от общей суммы субси­дий.

     Экспортных субсидий российские сельхозпредприятия получать не будут. Кроме того, после вступ­ления России в ВТО будут отменены льготы по НДС для отдельных категорий продукции.

     Россия в рамках присоединения к ВТО согласилась на ограничение экс­портных пошлин по более чем 700 товарным позициям. Ограничения, в частно­сти, коснутся некоторых продуктов рыбной промышлен­ности, мине­ральных топлив и масел, кожевенной отрасли, древесины, целлюлозы и цветных метал­лов…

     Т. е. после присоединения РФ к ВТО регулирующие возможности государ­ства, и без того куцые, должны будут существенно уменьшиться.

     Чужой урок не идет впрок

     У России нет никаких стимулов экономического характера для вступления в ВТО. Во-первых, в наслед­ство от СССР ей достались «некоторые благоприят­ные условия» для осуществления внешней торговли. Россия пользуется режи­мом наибольшего благоприятствования в торговле практически со всеми основ­ными партнера­ми, входящими в ВТО.

     Во-вторых, структура текущего российского экспорта весьма специфична. Основная экспортная статья — сырье, топливно-энергетические товары, оружие, — и они не является предметом регулирования ВТО, на них не распространяются какие-либо ограничения, рестрикции со стороны ВТО.

     Поэтому, вообще говоря, логика поспешности присоединения к ВТО не по­нятна. Вступление Рос­сии в эту организацию реально грозит окончательно по­терять экономическую безопасность страны и, соот­ветственно, ее политиче­скую независимость.

     Как показывает печальный опыт членства в ВТО большинства стран Ла­тинской Америки, Юго-Восточ­ной Азии, Африки, а также стран СНГ и Средней Азии, отсутствие развитой промышленности, конкуренто­способных произ­водств и адекватной государственной поддержки приводят к сильнейшей деин­дустриализации страны, закреплению за ней статуса сырьевого придатка и рын­ка сбыта для продукции гло­бальных корпораций. Опыт Украины, Грузии, Кир­гизии, стран Балтии и Восточной Европы показал, что при слиянии националь­ного и международного рынков происходит потеря национального контроля над целыми отраслями экономики, и даже лежащие в руинах экономики могут па­дать в результате вступления страны в ВТО. Так, например, Украина потеряла полностью свою промышленность по производству сахара, доля им­порта сахара подскочила на 11%, ее завалили залежалым салом, полмиллиона людей были выброшены на улицу. Спад производства в ряде от­раслей промышленности пре­высил 45–60%. После снижения импортных пошлин на легковые автомобили с 25% до 10% производство автомобилей в Украине упало в 6 раз — по сути дела, автомобильная промышленность перестала существовать. Аналогичная ситуация сложилась в произ­водстве мебели — после обнуления импорт­ных пошлин на мебель только за период 2008–2011 годы выпуск мебели в Украине сократился в 3 раза — с 1,2 млрд долларов до 400 млн. долларов. Не удалось избежать пе­чальной участи и лёгкой промышленности — зако­номерным итогом необдуманной либерализации тарифного и нетарифного регулирования выпуск продукции в лёгкой промышленности упал на 45–60%, экспорт сжался на 28%, а импорт подскочил на 40–45%. Еще больших масштабов угроза существует и для России.

     Сторонники присоединения к ВТО ссылаются на положительный опыт Ки­тая, который действительно до­стиг выдающихся успехов, будучи членом этой организации. Однако не нужно забывать, что Китай вступил туда с другой стартовой позиции: не имея ни энергоресурсов, ни высокотехнологичных секто­ров, нуждающихся в протекционизме, зато с бурно развивающимся произ­водственным сектором, ориентированным на экспорт. Это именно та ситуация, в которой единые правила мировой торговли оказались как нельзя более кстати. Доступ ки­тайских товаров на рынки других стран-членов ВТО (несмотря на сохраняющиеся антидемпинговые меры) за­метно облегчился. А это значит, что производить в Китае стало еще выгоднее. У нас же ситуация иная: в России есть еще пока немало производств, имеющих научно-технологическую и соци­альную ценность, но в силу тех или иных причин недостаточно конкуренто­способных для работы в условиях ВТО. С другой стороны, основной экспорт­ный товар — сырье — в этих условиях не нуждается. Вот и получается, что ки­тайский опыт нам ни о чем не говорит.

     Русское село под нож?

     С точки зрения отрицательных последствий присоединения к ВТО наибо­лее показательным являет­ся при­мер аграрного сектора. Наше сельское хозяй­ство априори нуждается в защите. Сегодня плодород­ность наших земель суще­ственно снижена, и в среднем в 2,5 раза ниже, чем в находящихся в более благо­приятных климати­ческих условиях Европе, Америке, Австралии. Эти страны полностью обеспечивают себя продовольствием и проводят интенсивную поли­тику захвата новых рынков, в том числе и внутренний ры­нок России. Наша страна уже потеряла продовольственную безопасность, закупая около 50% про­дуктов пи­тания за рубежом.

     Ведущие страны, интенсивно осваивая мировые рынки, заботливо поддер­живают очень высокий уровень самообеспечения продуктами питания. Напри­мер, в США и Франции этот уровень составляет более 100%, в Германии — 93%, в Италии — 78%. Даже бедная плодородными почвами Япония придерживается уровня самоо­беспечения 50%. В Японии, например, полностью запрещен им­порт риса. И это при том, что продается он вну­три страны по ценам, превышаю­щим мировые в 6 — 8 раз.

     Как известно уровень поддержки государством аграрного сектора, напри­мер, в США, Канаде, в странах Евросоюза в десятки раз отличается от ситуации в России. Если в России сельскохозяйственные производители получают дота­цию не больше 35 долларов на гектар, то в США ее размер составляет для фер­меров 750 долла­ров, а в другой привилегированной зоне ВТО — в ЕС она равна 350 долларам. А по усло­виям вступления в ВТО Россия должна еще и снижать господдержку сельского хозяйства каждые пять лет на 5–10%. В противном слу­чае последуют штрафные санкции. Санкции ВТО за поддержку сельского хозяй­ства не затрагивают только США. Минсельхоз России признает, что для «смягчения последствий от присоединения к ВТО необходимо до­полнительно 96 млрд. рублей ежегодно для компенсации потерь и сохранения инвестицион­ной привлекательно­сти отрасли». Но этих денег никто не даст, ведь по замыслу присоединения намечается только сокращение под­держки агропромышленного комплекса.

     Наши будущие партнеры защищают свой продовольственный рынок высо­кими пошлинами, а Рос­сия бу­дет их снижать. Например, уже сегодня ставка суммарной пошлины на ввоз в страны ЕС белого саха­ра состав­ляют 215%, а в России — 30%. На ввоз мяса крупного рогатого скота охлажденного — 174%, за­мороженного — 215%, а у нас — 15%. Пшеницы — 173%, у нас — 5%. Кукурузы — 84%, у нас — 5%. А это значит, что сравнительно чистые российские продукты будут вытеснены с прилавков ввозимыми дешевыми генетически модифицирован­ные аналогами. Страны, пытавшиеся ограничить ввоз такого продоволь­ствия, были обвинены ВТО в создании продовольственных барьеров.

     Таким образом, присоединение России к ВТО на согласованных условиях будет означать для отечествен­ного сельского хозяйства скорую и неизбежную смерть.

     Промышленная капитуляция

     Но под угрозой окажется не только аграрный сектор, но и многие другие отрасли экономики Россиив свя­зи с ликвидацией защитных барьеров и сниже­нием их конкурентоспособности. Российской промыш­ленности придется конку­рировать не с абстрактными среднестатистическими зарубежными компаниями, а с сильнейши­ми мировыми игроками — ведь именно такие компании обладают волей и достаточными ресурса­ми, чтобы за­хватить открывшиеся рынки в Рос­сии. Некоторые из них уже сегодня более чем успешно рабо­тают на россий­ском рынке — P&G, Mars, Coca-Cola, Unilever, BP, Texaco, GM, Boeing, Sony, Philips, LG и многие другие. По мнениюэкспертов наиболее уязвимыми отраслями яв­ляются: автомобильная, авиастроительная, судострои­тельная, электронная, об­рабатывающая, химическая, металлургия, машиностроение, транспорт, тек­стильная, легкая, фармацевтическая, пищевая, розничная торговля, обществен­ное питание и некоторые другие.

     Большинство из них снизят конкурентоспособность с неизбежными поте­рями в связи с так называе­мой «гармонизацией» цен на энергоносители с миро­вы­ми ценами.

     Автопромышленность России окажется совершенно неконкурентоспособ­ной. Да она фактически уже ликвидирована. В последнее время государство вы­деляет всё меньше средств на ее развитие, делая став­ку на сборку иностранных автомобилей. Попытки неких поощрений государством автомобильной про­мышленности воспринимается западными производителями как помеха сбыта в России продукции уже суще­ствующих в дру­гих странах производственных мощностей.

     Вступление в ВТО чревато потерей для России национальной авиапромыш­ленности. Если за многие годы реформ промышленность гражданского авиа­строения катилась по наклонной, то нет никаких гарантий, что в бу­дущем нам стоит ждать позитивных изменений, тем более в условиях конкуренции с Боин­гом или Аэробасом. Уже сейчас Россия утратила возможности производства наиболее востребованных на мировом рынке широ­кофюзеляжных самолётов, а предусмотренное сокращение целевой поддержки авиапрома лишь усугубит и без того плачевную ситуацию в этой наукоёмкой отрасли. Судя по всему, Западом нам отведена роль поставщиков авиационного титана и алюминия для иностранных авиакосмических холдингов Boeing, EADS и Lokheed Martin. Например, в «гордости» российского авиапрома — самолёте Sukhoi SuperJet 100 — по большому счёту российский только титан, алюминий и прочее сырьё, тогда как вся наукоёмкая компонента и электроника произ­водятся в США, ЕС и Японии.

     Не лучшая судьба ожидает и отечественное судостроение. Прямая конку­ренция с ведущими судострои­тельными компаниями потребует внедрения пере­довых инновационных технологий. Последнее невозможно без всесторонней модернизации промышленности, внедрения новых технологий, вложений в НИ­ОКР. Суммарные вложения государства и предпринимательских структур в США, Германии, Японии, Южной Кореи и других стран, например, в НИОКР в разы превосходят аналогичные вложения в России. Для информации: амери­канская GM вложила в НИОКР в 2009 году 8 миллиардов долларов (год кризи­са!), а все российские крупные компании — в десять раз меньше.

     В силу объективных причин, обусловленных географическими и природно- климатическими условиями, капитальные и эксплуатационные затраты россий­ских судостроительных производств превышают аналогичные показатели зару­бежных верфей многих стран с развитым судостроением (Южная Корея, Китай, Сингапур, Тур­ция, Испания и другие). Это необходимость создания крытых эл­лингов и доков, их отопления и освещения, во многих случаях — сезонность за­воза материалов и комплектующего оборудования и др. Естественно, что эти за­траты относятся на себестоимость судостроительной продукции.

     Совершенно очевидно, что для обеспечения конкурентоспособности отече­ственного судостроение требу­ется серьезная государственная поддержка. Оте­чественная отраслевая стратегия («Стратегия развития судо­строительной про­мышленности на период до 2020 года и на дальнейшую перспективу») преду­сматривает комплекс мер господдержки. Ряд протекционистских мер, в том числе связанных со снижением налогов на рос­сийские судостроительные предприятия, предусмотрен принятым недавно федеральным законом «О внесе­нии изменений в отдельные законодательные акты Российской Федерации в свя­зи с реализацией мер государствен­ной поддержки судостроения и судоходства» (от 07.11.2011 г. № 305-ФЗ). В рамках реструктуризации судострои­тельной от­расли осуществляется передача ряда дополнительных судостроительных акти­вов под управление ОАО «Объединенная судостроительная корпорация», что также связано с государственной финансовой под­держкой. Но вопрос в том, что и здесь правила ВТО существенно ограничивают возможные формы господдерж­ки, и эти меры господдержки национального судостроения и судоходства, как и другие, намеченные государ­ством, могут быть квалифицированы ВТО как «неправомочные» субсидии.

     Естественно, что и слабое российское производство электроники не выдер­жит конкуренции. В пер­вую очередь это касается высокотехнологичных произ­водств, таких, например, как производство современ­ных ми­кропроцессоров, жидкокристаллических матриц и так далее. Страна станет полностью зависи­мой от импорта высокотехнологичной продукции. Возможность свободно вво­зить товары электронной промыш­ленности на отечественный рынок сделает бессмысленным вложение капиталов в российское производство. Импортозаме­щение потеряет смысл.

     Совершенно непонятно, каким образом вступление России в ВТО сможет обеспечить возрождение отече­ственной обрабатывающей промышленности и подтолкнуть развитие высокотехнологичных произ­водств при той степени изно­са основных фондов и при затратах на науку и образование (1–1,5% ВВП) в разы ниже анало­гичного показателя в США, ЕС и Японии (3,5–4,5% ВВП).

     Сильно пострадает наша лёгкая промышленность. Если уже сейчас Китай заполоняет наши рынки свои­ми товарами, то после вступление в ВТО китайцы наверняка легко «забьют» не только ЕС, но и отече­ственных производителей.

     Вступление в ВТО является большой угрозой для малого и среднего бизне­са, слабо развитых предприя­тий, которые не выдержат конкуренции, а как след­ствие повысится уровень безработицы, который и без того до­статочно высок.

     Финансы запоют романсы

     Сильной конкуренции подвергнутся финансовые услуги. Капиталы запад­ных банков на порядки выше капиталов российских. ВТО требует обеспечения равного доступа частного капитала к оказанию лю­бых услуг и открытой между­народной конкуренции в этой области. Западные банки легко смогут поглотить банковскую си­стему России с учетом очень высокого уровня их «капиталоемко­сти».

     Страховой рынок, скорее всего, будет полностью захвачен иностранными страховщиками, имеющи­ми значительно больший капитал, чем отечественные компании.

     Подвергаются реальной угрозе полного поглощения западными фирмами такие услуги как консалтинго­вые, юридические и медицинские. Пострадает и туристическая отрасль.

     Весьма призрачны надежды и на поступление иностранных инвестиций в нашу экономику. Не надо забы­вать, что в страну с неблагоприятным инвестици­онным климатом значительные иностранные капиталовложе­ния направляются, только если в нее не могут прийти товары. Мы своими гла­зами видим, что, например, рос­сийский авторынок проще осваивать, вкладывая средства в строи­тельство за­водов в Узбекистане, Чехии и Гер­мании, рынок бытовой электроники — в предприятия Юго-Восточной Азии, рынки качественной сантехники и обуви — в западноевропейские предприятия и т. д. Между тем вступление России в ВТО открывает внутренний рынок именно для товаров, закрывая его тем самым для инвестиций. В свете сказанного позиция либеральных радетелей за инвестиции, толкающих Россию в ВТО, представляется абсурдной.

     Ухудшится наполняемость федерального бюджета, поскольку таможенные пошлины формируют до 37% его доходной части, что обострит и без того труд­ноподъемные проблемы финансирования большинства статей, включая выпла­ты пенсий, социальных пособий, усугубит острые проблемы нищеты населения и безраб­отицы, а также обострит проблемы обслуживания государственного внешнего и внутреннего долга. Т. е. будет нанесен тя­желейший удар как по все­му национальному производству, так и по социальной сфере.

     В результате прорыв в ВТО, увеличив импорт при, в лучшем случае, стаг­нации экспорта, ввергнет Рос­сию в валютный кризис. Внешние выплаты и рост импорта размоют золотовалютные запасы и, по оцен­кам экс­пертов, за два года сократят их до уровня, делающего неизбежной более масштабную и разруши­тельную, чем в 1998 году, девальвацию. Альтернатива одна — новые внешние займы. Но вполне возможно, что их обусловят уступками в политической и эко­номической самостоятельности. Зарубежные эксперты уже обсу­ждают вероят­ность отчуждения полезных ископаемых Сибири и Дальнего Востока. Чтобы не влезать в долги от западных партнеров, необходимо сначала туда что-то продать и получить иностранную валюту. Но продажа российской нефти, газа и про­мышленных металлов в лучшем случае сможет обеспечить безбедное существо­вание 25–35 млн. человек. Однако в России проживает около 140 млн. человек. И вопрос, на какие средства будут существо­вать оставшиеся 100–110 млн. чело­век в слу­чае массовых банкротств предприятий, российские власти, похоже, не интересует.

     Таким образом, открытие Россией своего внутреннего рынка и дача префе­ренций иностранному капиталу грозит коллапсом национальной экономики. Облегченный вывоз сырья и беззащитный рынок — та­ким будет об­щий итог от присоединения страны к ВТО. Форсированное вступление в ВТО обязательно создаст угрозу не только экономиче­ской безопасности, но и самому существова­нию России.

     В интересах олигархов

     Вступление в ВТО создает серьезные проблемы в области интеграционных процессов стран — членов СНГ и Тамо­женного союза в связи с необходимостью изменять всю систему предоставляемых в рамках Содружества преференций в области торговли и оказания услуг. Вполне возможно, что Таможенный союз стран СНГ придет­ся распускать. Сегодня правительство РФ декларирует два противоположных экономических курса. Первый ориентирован на создание и защиту нового экономического пространства, объединенного Таможен­ным сою­зом, второй — на интеграцию в глобальное неолиберальное торговое сообще­ство, т. е. в ВТО.

     Судя по всему, желание российских властей снять с себя ответствен­ность за результаты проводимой откровенно провальной социально-экономической по­литики, а также наде­жда легитимизировать свои активы за рубежом стали глав­ным поводом форсированного втягивания России в ВТО. Вкупе с лоббизмом интересов рос­сийских сырьевых монополий, желающих заработать дополни­тельные несколько миллиардов долларов от сня­тия ограничений на распродажу невосполнимого природного сы­рья, это явилось и главной причиной, по кото­рой под удар поставлена практически вся российская промыш­ленность и сель­ское хозяйство. Интересы карма­на кремлёвских элит и околокремлёвских сы­рьевых монопо­лий в очередной раз оказались важнее общенацио­нальных ин­тересов и перспектив отечественной промыш­ленности, задыхающейся от произвола и чиновничьего беспредела. Нынешние модернизаторы, «отливаю­щие в граните» и «пашущие на галерах», очевидно хотят по­вторить печальную участь «младорефор­маторов» и окунуть Россию из маразма 2000-х в ад 90-х. Их по-прежне­му интересует дешёвый пиар про модернизационное раскапывание картофельного поля в Сколково и замену лампочек Ильича на лампочки Чубай­са, приправленное бесконтрольными хищениями бюджетных средств на олим­пийских стройках и возведением проспектов имени премьера в Грозном.

     ВТО — скорее мертвый, чем живой

     ВТО переживает глубокий, возможно смертельный кризис. В ны­нешнем виде организация вряд ли сохранится. Региональный протекционизм усиливается почти повсеместно, несмотря на его лице­мерную критику и декла­рации лидеров «большой двадцатки» о верности принципам ВТО.

     Будучи членами ВТО, тем не менее, каждая страна старается защитить свой внутренний рынок от про­никновения чужих товаров. Между странами членами ВТО идет постоянная борьба за выживание. Тот же Ки­тай, особо не це­ремонясь, например, в 2011 году ввел повышенные пошлины на ввоз из США куряти­ны и ин­дюшатины, защищая и свой рынок, и своего сельхозпроизводите­ля. США 20 сентября обратились во Всемир­ную торговую организацию с жа­лобой на Китай. В свою очередь, в Китае заявили, что пошлины на мясо птицы из США были введены законно, поскольку американские производители полу­чают субсидии со стороны прави­тельства, и поставляют свою продукцию на ки­тайский рынок по заведомо сниженным ценам.

     Не нравится США и такая мера Китая, как повышение пошлин на вывоз из страны сырья. Китай, в от­личие от России, старается не разбазаривать свои сырьевые ресурсы. Вводя лимиты на экспорт своих ре­сурсов, Китай заставляет иностранные компании инвестировать в его экономику путем размещения на тер­ритории Ки­тая добывающих и обрабатывающих предприятий, которые должны делать налоговые отчисле­ния в казну. При этом следует заметить, что Китай располагает достаточными природными запасами сырья. На его террито­рии имеются практически все из 150 известных видов полезных ископаемых. Разведанные запасы урана — крупней­шие в мире, впрочем, как и запасы вольф­рама, цинка, лития, тантала, ванадия и тита­на, сосредоточены в основ­ном в юж­ной части страны. Там же находятся основные запасы олова, по кото­рым, как и по запасам меди, Ки­тай занимает второе место в мире. В Автономном районе Внутренняя Монго­лия расположены крупнейшие в мире месторождения редко­земельных и рассеянных элементов. Крупней­шие мировые запасы серы, каоли­на, не­рудных ископаемых — асбеста, бора и фосфора также находятся в КНР.

     Современный кризис ВТО имеет общие черты с кризисом мировой коло­ниальной системы в 1930–1950-х годах. Фактически ВТО представляет собой новое, осовремененное издание колониальных порядков. Их осно­ва — привиле­гированное положение западных монополий при подчинении их интересам эко­номического разви­тия стран периферии глобального капитализма. ВТО лишь формально предоставляет государствам равные усло­вия развития. Либерализа­ция внеш­ней торговли работает в интересах более развитых экономик, прежде всего США и стран Западной Европы. ВТО обеспечивает господство их моно­полий и подчиняет развитие националь­ных экономик их интересам. ВТО отли­чают двойные стандарты. Нормы ВТО призваны подрывать положение конку­рентов западных кор­пораций. Надо помнить, что ВТО строит свою политику в смычке с Международным Валютным Фондом — известным лоббистом интере­сов США. «Внедряясь» в «американоцен­тричную» мировую экономику, мы разделяем не только ее проблемы (например, далеко не гармоничные отно­шения между долла­ром, евро, иеной, в будущем и юанем), но и ответственность за политическую составляющую макроэкономиче­ских процессов.

     Альтернатива ВТО есть!

     Состояние российской экономики сегодня не позволяет стране присоеди­ниться к ВТО без существен­ных потерь и неоправданных рисков. Мы должны не хвататься за мифические «палочки-выручалочки», не пы­таться перескочить через ступени исторического развития, а терпеливо заниматься модернизацией сво­ей страны и ее экономики, усиливать регулирующую роль государства, нацио­нализировав природные ресурсы, базовые от­расли экономики, банковский сектор, уделив особое внимание развитию науки. Страна нуждается в смене соци­ально-экономического курса с опорой на собственные силы.

     ВТО имеет реальную альтернативу, и развивать ее способна именно Рос­сия. Эта альтернатива — объеди­нение экономик-соседей с созданием общего правового поля в интересах национальных экономик. Аналогич­ные структуры уже складываются в Латинской Америке и Азии. Расширение общего хозяй­ственного про­странства может привлечь многих наших соседей — страны Вос­точной Европы и Средней Азии.

     Интеграция экономического пространства — веление нашего времени. Самоизоляция в эпоху глобализа­ции сродни суициду. Но и раскрытие заведомо неконкурентоспособных отраслей и регионов перед жесточ­айшей и неуклонно обостряющейся глобальной конкуренцией — не меньшее безумие. Для России дорога в буду­щее проходит через интеграцию, через воссоединение братских республик, с развитой частью человечес­тва, но идти по ней надо с открытыми глазами и трезвым умом. Каждый шаг требует тщательной подго­товки: он будет оправдан, лишь если получаемые выгоды превысят издержки не только в крат­ко- и средне­срочной, но, что самое важное, в долгосрочной перспективе. Нельзя очертя голову бросаться в непродуман­ные авантюры, пре­следуя некие призрач­ные выгоды.

     Слово за народом!

     Можно привести множество аргументов «за» и «против» вступления Рос­сии в ВТО, и во всех найдутся как плюсы, так и минусы. И всё же вступление в ВТО — это попытка власти «поймать журавля в небе». Вместо того, чтобы поза­ботиться о развитии нашей промышленности, сельского хозяйства, вместо того, чтобы финан­сировать развивающиеся предприятия, научные разработки, стиму­лировать повышение уровня образования на­селения, воспитывать подрастаю­щее поколение, власть пытается стать «ближе к миру», полностью изменяя сфе­ру образования на европейский лад, «пичкая» подрастающие умы низкопробны­ми американскими фильма­ми, книгами, одобряя открытие иностранных заводов на территории страны при минимальной поддержке отече­ственного произ­водства, импортируя товары из-за границы, которые вытесняют отечественные и т. д. Вступле­ние в ВТО — это последний шаг на пути к краху России и практи­чески официальному признанию её «сырьевым придатком» капиталистического мира.

     Такой судьбоносный для страны вопрос как вступление в ВТО не может решаться без непосредственно­го участия народа. Конституция РФ устанавливает, что именно народ России является единственным источни­ком власти, только он вправе решать свою судьбу и судьбу страны. Поэтому Президент и Правительство РФ обя­заны объявить мораторий на вступление в ВТО, поручить ученым и специалистам еще раз все просчитать и взвесить, а потом провести общенациональный референдум, на котором граждане России, проголосовав «ЗА» или «ПРОТИВ», окончательно подведут итог обсуждению сложнейшего и ответственнейшего вопроса в совре­менной истории России. Решающее слово — за народом!

 
След. »